У деревни Крюково в Смоленской области есть свой хранитель

В населенном пункте на зиму остаются только двое

С момента запуска проекта мы уже успели побывать в нескольких любопытных местах Смоленской области. По сути, это простые деревеньки – населенные и не очень, отдаленные и легкодоступные, большие и совсем маленькие. Но все они по-своему уникальны. Уникальны просто потому, что больше таких нигде нет.

В населенном пункте на зиму остаются только двое

Нет больше нигде загадочного Мирского, доживающего свой век в Смоленском районе и куда доехать сегодня можно разве что на вездеходе. Нет нигде на Земле больше таких Гребеней, как в Краснинском районе, берегущих свой очажок культуры. Нет больше нигде Мольково со своими советскими настенными артефактами и страшными памятными историями из военного прошлого (Кардымовский район).

И уж точно нигде больше вы не отыщете вот такого Крюково – деревеньки, затаившейся в глубинке Сафоновского района. Туда мы и отправились, буквально наугад ткнув пальцем в карту Смоленской области.

Деревня расположена в 22 километрах к северо-западу от Сафонова, в 8 километрах севернее автомагистрали М-1, на правом берегу Днепра. Входит в состав Николо-Погореловского сельского поселения. Здесь есть свои достопримечательности: руины храма 1789 года в честь Успения Пресвятой Богородицы и остатки конного двора середины XIX века.

Остатки церковной ограды

От церкви остался, собственно, только поросший бурьяном фундамент и кое-какие фрагменты более поздней кирпичной ограды. В момент, когда мы карабкались по рассыпающимся под ногами кирпичным развалам вверх на холм, чтобы осмотреть окрестности, раздался грозный голос откуда-то снизу: «Кто вы и что здесь делаете?»

Строгим сторожем местных владений оказался местный житель – один из двух, оставшихся постоянно жить в этой деревне («Википедия», кстати, говорит о том, что в 2007 году здесь постоянно проживали пять человек). Юрий – так представился наш новый знакомый – живет здесь постоянно последние 30 лет, а зимой, когда дачники перебираются в город, присматривает за их домами. Такой вот хранитель деревни.

С наступлением лета деревня преображается. Дачников здесь в это время много. В правой половине деревни рядом с развалившимися деревенскими избами стоят свежевыстроенные кирпичные нарядные дома. Летом частично заселяются даже двухэтажные многоквартирные советские строения, которых здесь несколько.

Хранитель деревни Юрий с радостью предложил провести нас по своим владениям. Он показал старую монашескую келью. Еще пару лет назад, судя по оставленной утвари, там кто-то жил. А еще, по словам Юрия, от кельи до места, где находилась церковь, когда-то вел подземный ход. Ну может быть, может быть…

Далее он показал руины здания конного двора (остатки бывшей дворянской усадьбы). Но Юрий упорно называл это строение училищем. Затем были презентованы остатки помещичьего винного погреба, который Юрий называл царским, и еще несколько загадочных объектов. Попутно во время нашей импровизированной экскурсии старожил рассказал, как здесь зимует. На другом конце деревни живет друг, к которому он часто ходит в гости. Но недавно в доме друга появилась женщина, и друзья стали встречаться реже. Свою супругу Юрий похоронил 10 месяцев назад. Внуки его не навещают.

Советские двухэтажные многоквартирные дома летом частично заселяются

Вот так и обходит Юрий ежедневно свои владения в сопровождении верных псов, «перекаркивается» со своим приятелем вороном, занимается огородом, сажает капусту и картошку, борется с борщевиком, собирается завести кур, чуть зарабатывает на охране чужих владений и ездит пару раз в неделю на велосипеде за четыре километра в соседнюю большую деревню Николо-Погорелое в магазин.  

Ну а если вернуться к истории деревни, то известна она как минимум с 1654 года (пожалована царем Алексеем Михайловичем вместе с огромной вотчиной стольнику Лыкошину после освобождения Смоленска от владычества Речи Посполитой). В конце XVIII века владельцем деревни стал Андрей Богданович Лыкошин, который в период с 1780-го по 1789 год устраивает в селе родовую усадьбу. Племянник Андрея Лыкошина писал: «Усадьба эта была великолепна, все строения каменные, огромные сады, оранжереи, особое здание театра – одним словом, все причуды роскоши, какую в то время можно было видеть в домах вельмож...»

Впоследствии (1830–1840 годы) село перешло во владение тайному советнику, нижегородскому, а потом санкт-петербургскому генерал-губернатору Храповицкому, а затем к финляндскому генерал-губернатору графу Фёдору Гейдену. В 1850-е годы в усадьбе построен большой конный двор, открыт завод по производству кумыса и минеральной воды из местного источника. В 1903 году было построено здание церковноприходской школы. В 1918 году усадьбу национализировали – сначала была создана коммуна, затем совхоз. В войну усадьба была уничтожена, судьба ценностей неизвестна.

Что касается названия деревни – его происхождение нам неизвестно. Сведений об этом нигде раздобыть не удалось. Зато мы знаем, что в России сел, поселков и деревень с таким названием немало – 78.